Поздно, или не поздно, не имеет значения...

Поздно, или не поздно, не имеет значения…

Ушёл, оставив в полном недоумении жену свою, Ираиду Аркадьевну, которая ещё и до семидесяти двух своих не добралась…

Почитай, молодуха, супротив соперницы своей нежданной…

И вид другой совсем…

Ираида Аркадьевна сдаваться не собиралась, и огненно-хинные её волосы тщательно взбивались в причёску Софи Лорен из «Брака по-итальянски», губы рдели алым маком, внучка кофточки поставляла модные бесперебойно…

И продвинутая была женщина — Интернет с ходу освоила, из Одноклассников не вылезала, ежедневно рассылая подругам-товаркам то рецепты улётной курочки со шпинатом (талию держала, как Гурченко!), то аляпистые открытки, то самопальные фотошопы, в которых рыжая её голова вылезала или из бутона драматичной розы, или кокетливо мелькала среди пальм тропических, или с бокалом шампанского в красивую жизнь играла…

Огонь, в общем, а не пенсионерка!…

А Светлана Борисовна?…

Да смех один, а не роковая женщина, мужей чужих из одного подъезда в другой уводящая!

Седину свою не закрашивает, до ёжика сантиметрового сбрила к чертям былую косу…

Джинсы носит безвылазно, да один свитер, как с мужского плеча, почитай, на все случаи жизни у неё…

Ну, что это???

Чем тут завлекать???

А вот, поди ж ты, ушёл, подлец!

За год до золотой свадьбы ноги сделал, да какие ноги — еле двигает, пень старый!…

Ираиду крутило так, что хоть в мексиканских сериалах её снимай — переиграла бы любую сеньору…

С тем и полетела к соседке — космы бы повыдергать хотелось, да не уцепишь, наверное, ёжик этот седой…

Укараулила…кинулась наперерез:

— Ты мне одно скажи — тебе куда дурак этот нужен??? Старбан, рукожоп, рохля! Нормально никогда зарабатывать не мог, и с пенсией копеечной…Куда????

Светлана Борисовна посмотрела Ираиде Аркадьевне прямо в глаза и просто ответила:

— А мне, старой дуре, рукожопой рохле, с копеечной пенсией такой и нужен…

ДВЕ СОБАКИ ТОГДА УЖИВАЮТСЯ, КОГДА ОНИ СХОЖИ…

НЕ ЦВЕТОМ ШКУРЫ, А ОБЩИМ НЮХОМ…

Спасибо тебе, Ираида…

И прости…

Я стала невольной свидетельницей этого разговора, несколько лет назад случившегося…

И зацепил он меня не страстями вовсе, которыми не только юность полна, а вот этими двумя собаками…

Сколько вокруг живущих вместе годами и десятилетиями, но так и не ужившихся…лающих и облаянных…осатаневших друг от друга, но безысходно мыкающихся…
И сколько тех, кто нос к носу…в любви и согласии…потому что жизнь чуют одинаково, и любят в ней одно и то же…

А красота «шкурки» — дело, оказывается, даже не десятое, а тысяча первое…

Олега Ивановича, с которым знакома лично, я всё-таки спросила — как отважился он на такую революцию в свои НЕреволюционные годы…

Он взглянул на меня ласковыми и счастливыми, как июльское море, глазами, и с улыбкой ответил:

— Хотел в тепле дожить, Лиля…

А то обидно как-то — из одной мерзлоты в другую…

И видно было, что он отогрелся за все свои холодные годы…
А уж поздно, или не поздно, не имеет значения…

Всё лучше, чем никогда…

Любви всем…в любом возрасте…

(С) Лиля Град

 

Источник